Олег Павлов: принимал меня во ВНИИМ Валентин Осипович Арутюнов

Олег Михайлович Павлов
Олег Михайлович Павлов
Старший научный сотрудник научно-исследовательской лаборатории госэталонов в области измерений режимов электрических цепей

После 8 класса я устроился на работу на предприятие п/я 489 – закрытое производство судостроительной направленности. Спустя год, в 1956 году, уже токарем 4 разряда, я перешел во ВНИИМ и поступил на вечернее отделение радиотехнического техникума № 1 на ул. Чайковского. Было три причины, по которым я оказался во ВНИИМ. В соседней с нами квартире жила Татьяна Борисовна Рождественская, руководительница лаборатории, в которой я впоследствии работал. Мы с братом дружили с тремя ее сыновьями. Другая причина – на одной с нами улице, рядом через дом, жил Анатолий Леопольдович Голембиевский, герой известнейшего снимка, когда военные моряки отдают честь ветерану.

Анатолий Леопольдович Голембиевский

У него была машина, а у нас с братом – мотоцикл. И мы часто встречались и разговаривали, в том числе о технике. И он, как и Татьяна Борисовна, сказал: «Есть возможность пойти работать в Институт метрологии, приходи». Кстати, он меня потом, когда мы уже работали в одном институте, подвозил на занятия в техникум – Анатолий Леопольдович учился на курс старше.

И третья причина – мой двоюродный брат Сергей Александрович Веденеев тоже работал в институте, сначала на заводе «Эталон», а потом в лаборатории, которую возглавляла Татьяна Борисовна. Профессии Сергей Александрович учился у Эдуарда Викентьевича Ловцюса, слесаря-механика на «Эталоне», выдающегося мастера своего дела.

В лаборатории Сергей Александрович, переняв, у Эдуарда Викентьевича знания изготовлял, в частности, термопары, которые были столь хороши, что пользовались спросом во всем мире.

Александр Степанович Румянцев и
Сергей Александрович Веденеев
Александр Степанович Румянцев и Сергей Александрович Веденеев

 

Принимал меня на работу во ВНИИМ Валентин Осипович Арутюнов – лично. Валентин Осипович задал мне несколько вопросов, я ответил. Он сказал: «Хорошо, идите, работайте в лаборатории электрических измерений». И я пошел.

В. О. Арутюнов среди сотрудников лаборатории электрических измерений

Руководителем лаборатории тогда была Татьяна Борисовна Рождественская, только что сменившая Константина Павловича Широкова, который стал заместителем директора института по науке. Моим первым учителем в институте был старший мастер Савелий Антонович Вошевко. Затем, с 1958 года, я работал под руководством научного сотрудника Анатолия Михайловича Теплинского. И с тех пор занимаюсь измерением малых постоянных токов.

Т. Б. Рождественская на защите докторской диссертации.
Татьяна Борисовна Рождественская на защите докторской диссертации.

По окончании техникума в 1960 году я был призван в армию, на три года. Курс молодого бойца проходил в Луге, в ракетных войсках. Затем был направлен в учебную танковую часть в поселке Сертолово. Службу проходил в роте обслуживания, в отделении связи, был радиомастером полка. На третьем году службы в школе поселка Сертолово прошел подготовительные курсы для поступления в институт и в июле 1963 года, еще находясь в рядах Вооруженных сил, сдал вступительные экзамены и поступил на вечернее отделение института Ленинградского института авиаприборостроения (ЛИАП).

Демобилизовался я в декабре 1963 года, а в январе 1964-го снова пришел во ВНИИМ в свою лабораторию. Сначала трудился техником, потом инженером, потом старшим инженером. Работал сначала с Ольгой Петровной Галаховой, затем был в группе научного сотрудника Дианы Ильиничны Антоновой, где работали, в частности, инженер Людмила Михайловна Степанова и старший мастер Юрий Васильевич Иванов. Основным направлением группы была разработка и создание аппаратуры в области малых постоянных токов.

Сотрудники лаборатории электрических измерений
Сотрудники лаборатории электрических измерений, 1956 год.

 

В 1969 году я окончил ЛИАП и получил диплом инженера по специальности «радиотехника». Наш комитет «Госстандарт» совместно с соответствующими службами Египта решили создать в Каире метрологическую лабораторию. В связи с этим в 1970 году я был откомандирован для поступления на арабское отделение в Институт восточных языков при Московском государственном университете. После сдачи экзаменов я был зачислен на арабское отделение института. В нашей группе было пять человек. Во время учебы я проживал в общежитии МГУ на Ленинских Горах. Через полтора года занятий нас направили на полугодовую стажировку в столицу Объединенной Арабской Республики в Университет города Каир.

В 1970 году в Египте произошла смена власти, ушел президент ОАР Гамаль Абдель Насер, его сменил Анвар Садат. Политика изменилась, совместные планы рухнули, и по окончании ИВЯ в 1972 году я вернулся во ВНИИМ, продолжив работать в области малых постоянных токов. На память об этой учебе у меня остались дипломы Московского и Каирского университетов.

Был одним из основных создателей специального Государственного первичного эталона малых постоянных токов в диапазоне 10-16– 10-9 А.

В 1978 году я поступил в аспирантуру ВНИИМ, экзамены по специальности у меня принимал Степан Вячеславович Горбацевич. Через три года я окончил аспирантуру, однако до защиты кандидатской диссертации дело долго не доходило из-за постоянных заграничных командировок.

Так, в 1980 году я был откомандирован на два месяца в Париж, где в мои обязанности входили поставка и передача метрологического оборудования, аттестованного во ВНИИМ, в Международное бюро мер и весов. За эту поездку я был награжден знаком «За заслуги в стандартизации».

Был в Австрии, во Франции, Болгарии, Южной и Северной Корее…

В 1982 году также на два месяца я был направлен в Болгарию, в Софию, по линии ЮНИДО – структуры ООН, Организации Объединённых Наций по промышленному развитию. В 1985 и в 1986 годах также по линии ЮНИДО направлялся в Северную Корею.

В 1994 году защитил кандидатскую диссертацию «Разработка и исследование методов и эталонных электрометрических средств измерений малых постоянных токов в диапазоне10-17 - 10-3 А».

В 1998 году был приглашен работать в РТВ (Федеральный Физико-Технический институт в Германии) в городе Брауншвейг для оказания технической помощи в освоении работ по измерению сверхмалых постоянных токов.

В 2003 году с помощью разработанного мной транспортируемого вторичного эталона малых постоянных токов совместно с коллегами из РТВ были проведены первые двусторонние международные сличения в этой области измерений.

В нашей лаборатории были изготовлены еще два таких же эталона. В 2005 году ВНИИМ откомандировал меня для передачи одного из них, в Национальный институт Южной Кореи КРИСС, в городе Тайджон, в качестве исходного эталона силы малых постоянных токов, а другого в 2006 году – в Национальный центр метрологии республики Казахстан, в качестве Государственного первичного эталона.

В 2012 году мною был разработан и создан эталон воспроизведения параметров электростатического электричества: напряженности электростатического поля, потенциала статического электричества и плотности электростатических зарядов.

В апреле 2013 года я получил патент на способ воспроизведения единицы силы постоянного электрического тока абсолютным методом, путем счета электронов, а в 2014 году – патент на способ измерения электрической емкости на постоянном токе.

В настоящее время продолжаю возглавлять области измерения малых постоянных токов и параметров электростатического электричества, являясь ученым хранителем всех вышеперечисленных эталонов.

Олег Михайлович Павлов – житель блокадного Ленинграда. Приводим его воспоминания об этом времени.

Мои воспоминания о блокаде весьма немногочисленны, мне было всего два с половиной года, когда началась блокада. Но кое-что я помню.

Жили мы на улице Бронницкой, дом 12, на третьем этаже. Однажды в наш дом попал снаряд, разорвался он в квартире на втором этаже, прямо под нами. Там жила старенькая бабушка, во время обстрела она залезла под кровать, но это ее не спасло, ее убило осколком. Мама в это время на кухне пилила дрова, вернее оставшиеся стулья, которыми наша семья топила печь. Когда в дом попал снаряд, я стоял в коридоре, держась с обеих сторон за ручки открытой двери. Я даже остался на ногах, меня никак не задело, а мой старший брат в это в это время находился в комнате, прямо под которой разорвался снаряд, он потом долго заикался.

Осколок снаряда снизу пробил пол в нашей квартире, фрагмент осколка вышел наружу, и отец потом долго забивал его топором, чтобы он не торчал из пола.

Помню, что, когда было тепло, ходили всей семьей на Обводный канал. Набережной как таковой тогда не было, был просто скос, который вел к воде, там росла трава, мы ели одуванчики.

Эвакуировали нас с мамой, братом и бабушкой летом 1942 года. Помню, что у причала на берегу Ладожского озера стояли будки с окошечками, что-то вроде касс, где выдавали талоны на еду. Мама подошла к одной из будок, в которой случайно оказалась работавшая там одна из трех маминых сестер. Мама очень обрадовалась, неожиданно встретив ее. Помню, что когда мы уже были на катере, который вез нас по Ладожскому озеру, пошел дождь, и какой-то военный накрыл нас плащом, а из-под него в небе были видны отдельные светящиеся зелёные ракеты. Поездом нас отправили под Томск, в деревню Пышкино Асиновского района. В 1946 году нас оттуда забрал отец и мы вернулись в Ленинград. Туда и обратно ехали в теплушках, на нарах, вместо матрасов – сено. Вернуться в город могли только те, у кого оставались родные в Ленинграде. Отец всю войну оставался в Ленинграде – защищал город, он был артиллеристом, командовал зенитным орудием.

Когда мы вернулись, наша квартира оказалась занята, и от родителей потребовались значительные усилия, чтобы одна женщина, которая занимала жилье, предназначавшееся нам, его освободила. Мы стали жить в нашей прежней квартире. Правда, раньше она была по сути отдельной: до войны там в шести комнатах жили наша семья (пять человек) и семья одной маминой сестры (четверо), а после войны стали проживать, считая нашу, четыре семьи.