Анатолий Зайцев: полвека в метрологическом строю

Зайцев Анатолий Васильевич

В прошлом году завершил трудовую деятельность во ВНИИМ им. Д. И. Менделеева Анатолий Васильевич Зайцев, проработавший в институте пятьдесят два года. Один из самых уважаемых ветеранов ВНИИМ рассказал о своем пути в метрологию, выдающихся коллегах, работе в эпоху перемен и невероятных, но совершенно правдивых сюжетах своей научной биографии.

После окончания Ленинградского института точной механики и оптики я пошел работать в Научно-исследовательском институте электрофизической аппаратуры (НИИЭФА) в Металлострое – это под Колпино. Там уже работал мой добрый товарищ Владимир Тюшов. Мы с ним бок о бок трудились вместе десять лет. В семидесятом году по семейным обстоятельствам ему пришлось перейти во ВНИИМ им. Д. И. Менделеева, куда он пригласил и меня. В то время во ВНИИМ шел большой набор специалистов по спецтематике. Это было в русле моих научных интересов (электромагнитные измерения), и я с удовольствием принял приглашение и поступил на работу в лабораторию магнитных измерений ВНИИМ.

Мне довелось несколько лет проработать в институте, когда его директором был Валентин Осипович Арутюнов. Это был действительно крупный ученый, независимый в своих суждениях, пользовавшийся непререкаемым авторитетом у сотрудников и коллег из других организаций. Мог в научном споре ввернуть острое и даже крепкое словцо. Возможно, сравнение с Менделеевым в данном случае было бы слишком смелым, но назвать его достойным наследником великого Менделеева мне кажется, вполне корректно.

Вот эпизод, который характеризует атмосферу в Институте при Валентине Осиповиче: буквально накануне моего приема на работу во ВНИИМ я сломал ногу. И меня, еще ни дня не проработавшего в ВНИИМ, тут же отправили в санаторий в Старую Руссу лечиться по профсоюзной путевке. Начальник моей лаборатории Ратмир Григорьевич Скрынников, прекрасный человек и замечательный профессионал, ученик Арутюнова, пришел к Валентину Осиповичу и объяснил ему ситуацию. Тот очень по-доброму отнесся, сказав: «Конечно, пусть едет и восстанавливается».

Когда Юрий Васильевич Тарбеев, бывший морской офицер, стал директором института, работы по спецтематике значительно расширились. Юрий Васильевич всегда уделял особое внимание этой тематике на всех этапах выполнения НИОКР. Заключительные приемосдаточные испытания этих работ практически всегда проходили на Чайном озере в поселке Токсово, где и сейчас находится магнитно-испытательная станция: идеальная магнитная обстановка, никаких электромагнитных помех, начальства, прекрасные грибные места и рыбалка на озере Хепоярви.

Многое у меня связано и с Ломоносовским отделением ВНИИМ. Я принимал непосредственное участие в строительстве и проектировании немагнитного комплекса с образцовой магнитной аппаратурой, экранами и специальной комнатой с практически нулевым магнитным полем. Мы работали не только по заказам ВМФ (разрабатывали магнитоизмерительные комплексы «Свирь», «Аргунь», «Оредеж», «Кама»), но и для нужд космической отрасли. Именно в Ломоносове мы испытывали наши сверхчувствительные и стабильные феррозондовые нанотесламетры, которые потом измеряли магнитные поля Луны, Марса и других космических объектов.

 

Зайцев Анатолий Васильевич
Полуденный выстрел юбиляра из пушки на бастионе Петропавловской крепости в честь 80-летия А. В. Зайцева. 2 сентября 2019 г.

Самый, пожалуй, плодотворный период в жизни ВНИИМ на моей памяти – это семидесятые и восьмидесятые. Так, нам довелось принять участие в метрологическом обеспечении московской Олимпиады. Правда, не на спортивных объектах. Мы занимались модернизацией системы безопасности в аэропортах. В конце семидесятых в нашей стране участились случаи угонов самолетов. Тогда-то нас пригласили в Москву поработать над этим проектом. Нами было установлено, что магнитные рамки, которые традиционно использовались у нас в аэропортах, несовершенны с точки зрения однородности внутреннего магнитного поля и общей чувствительности. Я это продемонстрировал просто и наглядно, пронеся в шапке пистолет, а в носке – нож. Пройдя беспрепятственно рамку, я вытащил пистолет со словами: «Руки вверх!» Комиссия обалдела. Предложенные нами рекомендации и технические решения были незамедлительно внесены в конструкцию и электрическую схему рамок.

Другая наша работа, которой горжусь по сей день, это устранение очень серьезной неисправности при бомбометании в отечественных бомбардировщиках в восьмидесятые. Об этом уже, вероятно, можно немного рассказать. В определенный период были зафиксированы случаи подрывов самолетов в полете. Причины никто понять не мог. Когда мы выяснили природу этого явления, мы придумали датчик, который работал «ключом» в системе бомбометания. Если бомба находилась в самолете, датчик просто не давал возможности активизироваться часовому механизму внутри самолета. Датчик этот нужно было еще умудриться в бомбе разместить при минимуме пространства и потребляемой мощности. Трудились очень упорно, но было и большое удовлетворение от проделанной работы.

В девяностые масштабные работы по спецтематике у нас, как и во многих других научных институтах, резко сократились. Было очень сложно. Я помню, мне как начальнику лаборатории Николай Иванович Ханов, тогда директор института, сказал, что лаборатория наша расформировывается, а все ее сотрудники будут уволены, работы нет. Я выразил несогласие, и Николай Иванович сказал: «Ну что ж, есть такой вариант – вы пишете заявления об отпуске за свой счет на два года и сами ищете себе работу. Институт дает вам электричество, рабочее место, но с заказами никак вам помочь не может. Сами ищите себе заказы».

Было сложно, но спасали, как всегда, старые связи, наработанные научные контакты. В 1980-е годы в нашем институте проходило большое количество различных конференций, научная жизнь буквально кипела. И спустя годы оказалось, что все те, кто бывал на этих конференции, те, с кем познакомился и даже подружился, - мои потенциальные заказчики. Мы от работы не бегали, брались за любые заказы. Наши коллеги представляли серьезные научно-исследовательские институты и другие структуры Москвы, Казани, Воронежа, Геленджика, Львова.

Тесное сотрудничество и дружба помогли нам выжить в те непростые годы. Ярким примером таких взаимоотношений, которые длятся уже более тридцати лет, является мое знакомство в 1989 г. на одной из конференций с Александром Петровичем Демченко (к. т. н., выпускник ЛКИ, генеральный директор ООО «Валком»). За весь многолетний период успешного сотрудничества ООО «Валком» и ВНИИМ были поверены более 1000 датчиков, успешно проведены исследования и испытания с целью утверждения типа более двадцати высокоточных, интеллектуальных средств измерений температуры, давления, уровня, плотности, расхода жидких сред и др. Все они были разработаны и серийно изготовлены в ООО «Валком» и успешно эксплуатируются на кораблях ВМФ, ледоколах, танкерах, газовозах, атомных электростанциях и объектах «Газпрома». В настоящее время ООО «Валком» это динамично развивающееся с большим творческим потенциалом предприятие. Его бессменным директором и идейным руководителем является Александр Петрович. В нем удивительным образом сочетаются черты интеллектуала, современного менеджера высочайшего класса, а также музыканта и художника. Желаю ему здоровья, семейного счастья и благополучия, а ООО «Валком» процветания.

А еще в лихие 90-е (вы не поверите) был сделан резкий крен в сторону прекрасного. Мы занялись выращиванием искусственных минералов – малахита и лазурита. Научное руководство этого проекта вела профессура нашего Горного института, мы отвечали за разработку и изготовление аппаратуры, а также техническое сопровождение за растущими каждый день на доли миллиметров минералами. Финансы были в сфере ответственности ювелирной фирмы «Женави». Был разработан сложнейший комплекс аппаратуры с регулировкой и контролем ежедневно меняющихся по очень хитрым графикам показателей давления, температуры и газового состава в сорока специальных сосудах в течение трех месяцев (это один цикл для выращивания 10-15 мм минерала). С превеликим трудом, но получилось! И на второй год наших общих неудач и успехов ювелирные изделия из этих минералов поступили в широкую продажу и до сих пор радуют наших прекрасных женщин. Но это уже другая история.

В начале 2000-х у нас были три крупные оборонные заказа для ВМФ под общим названием «Эксперт». Можно сказать, что с этого момента жизнь стала налаживаться и у нас. Заказы в научном плане были очень интересны. В финансовом плане тоже – это в общей сложности на десятки миллионов рублей. Это были две стационарные образцовые аппаратуры для поверки рабочих средств измерений и одна переносная аппаратура для измерения остаточных магнитных полей кораблей после их размагничивания. Неоценимую помощь в выполнении этих заказов нам оказал мой старый добрый товарищ, настоящий деловой грузин Тамази Иосифович Чхиквадзе .

Радость от того, что работа в ВНИИМ начала налаживаться, омрачалась тем обстоятельством, что наш опытный завод «Эталон», обладавший превосходным оборудованием и замечательными мастерами, технологами, конструкторами, стал приходить в упадок. Наш завод делал два-три опытных образца, а потом серийное производство разворачивалось на воронежском заводе «Эталон» Госстандарта. Всё, что я заказывал, делали быстро и точно. Не нужно было никуда обращаться на сторону. Сейчас всего этого нет. Возможно, исчезновение завода было неизбежно, но сейчас больно об этом вспоминать.

ВНИИМ это прежде всего люди!

ВНИИМ это прежде всего люди
Витольд Петрович Пиастро, Станислав Анатольевич Кравченко, Анатолий Васильевич Зайцев, Анатолий Иванович Походун (слева направо). Внизу – Евгений Дмитриевич Колтик.

Меня окружало огромное количество совершенно замечательных коллег, некоторых из них я уже назвал, но особо хотелось бы сказать о Евгении Дмитриевиче Колтике. Он был моим научным руководителем. Я стал юбилейным, двадцать пятым кандидатом технических наук, которого он довел до защиты. Во время войны Евгений Дмитриевич служил юнгой на тральщике. Во ВНИИМ он возглавлял отдел магнитных измерений. Его за глаза называли «мудрый Колтик». Мудрость его заключалась в том, что он практически всегда видел наперед, что будет, и в том, что касается каких-то служебных отношений, и в том, что происходит в науке. Когда мне нужен был совет, я всегда шел к нему. Я излагал ситуацию, спрашивал его, что будет дальше, а Евгений Дмитриевич давал краткосрочные и долгосрочные прогнозы. И практически всегда получалось именно так, как он и говорил.

Колтик Евгений Дмитриевич
Е. Д. Колтик у монумента с именами сотрудников ВНИИМ, завода «Эталон» и Ленинградского управления мер и измерительных приборов, погибших во время Великой Отечественной войны

Не могу не вспомнить Юрия Васильевича Афанасьева, талантливого изобретателя и автора многих работ о феррозондовых магнитометрах, некоторые из них были нашим совместным творчеством. Часто вспоминаю наши командировки в астраханские степи в поисках нефти взрывным способом. Нашли, но мало для промышленной добычи. Зато впервые увидели много-много злой и голодной мошкары и много черной икры! Честно, ели ложками.

Очень теплые и доверительные отношения, далеко выходящие за рамки служебных отношений, сложились у меня с Ефимом Шаевичем Нудельманом. Бывший артиллерист, полковник, кандидат технических наук, у которого уже была готова докторская диссертация, успешно руководил долгие годы нашей магнитной лабораторией. Интересный факт: мы были приняты на работу во ВНИИМ в один день в далеком 1970-м году.

Должен также отметить, что все эти долгие годы, моей правой рукой и техническим гением был Валентин Васильевич Привалов. Он и по сей день работает в институте. Здоровья и долгих ему лет.

Сейчас Институт возглавляет молодой, энергичный и предприимчивый Антон Николаевич Пронин. Желаю ему еще выше поднять научную и деловую планку Института.

Я прослужил верой и правдой в Институте 51 год, а Институту желаю дальнейшего процветания, творческих достижений и деловых успехов.

С уважением и благодарностью, уже бывший главный специалист ФГУП «ВНИИМ им. Д. И. Менделеева», Анатолий Васильевич Зайцев